Надежда Ариана (ariananadia) wrote,
Надежда Ариана
ariananadia

Categories:

Замки Франции:ЛАНЖЕ.Часть 2.

Замки Франции:ЛАНЖЕ(Сhаteau de Langeais)Часть 2.Интерьеры.История Анны бретонской.







Холодным и сухим днем в самом начале декабря 1491 года роскошный кортеж появился на улицах маленького городка Ланже и направился к замку, белые стены которого, выстроенные из белого туреньского известняка (при взгляде на который кажется, что он впитал в себя солнечные лучи), спорят с синей пеной крыш. В центре блестящей кавалькады плыли носилки, где на подушках раскинулась юная девушка, закутанная в черный бархат и соболя.









Ей было пятнадцать лег. Она была красива. По крайней мере, все современники добивались ее руки и воспевали ее красоту тем, кто осмеливался сомневаться. Ей была не чужда грация, несмотря на то, что одна нога была немного короче другой. На самом деле никто не замечал этого маленького изъяна, тем более, что девушка в соболях смогла скрыть его своей походкой: «Никто не замечал этого недостатка, — говорил Брантом, — и ее красота ничуть не проигрывала…»



«Дом Анны Бретонской» в Сен-Мало

Правда, это свидетельство немного сомнительно: Брантом никогда не видел ту, о которой он столь вдохновенно пишет, чья маленькая рука, будучи отдана законному супругу, положила конец векам непрочного согласия и принесла звезде, называемой Франция, один из прекраснейших лучей, которого ей так долго недоставало. Ее звали Анна. Она была суверенной герцогиней Бретани и прибыла в Ланже, чтобы сделаться супругой юного короля Карла VIII.




Реликварий для сердца герцогини Анны


Брак не обошелся без затруднений: с детства Карл был обручен с Маргаритой Австрийской, которую воспитывали подле него в Амбуазе. Анна, со своей стороны, была невестой императора Максимилиана, отца этой самой Маргариты.</p>




Оба брака были очень выгодными, однако если бы Бретань стала владением Максимилиана, Франция оказывалась с двух сторон ограниченной германскими владениями.


</p>
Карл VIII</p>

Так решила та, что, будучи регентшей во время несовершеннолетия короля Карла, уверенно правила королевством: Анна де Боже, его сестра, «наименее безумная из женщин, которые когда-либо были во Франции», по словам ее отца Людовика XIПо совету сестры, «Карл, убежденный в том, что столь важный сеньор в королевстве небезопасен, отнял вышеназванную Анну у Максимилиана и женился на ней». Все это — слова того же Брантома, но в этом случае на него можно всецело положиться.




вот еще другое изображение парочки

Сказать правду, герцогиню Анну больше привлекала корона императрицы и она не находила никакого удовольствия в том, чтобы стать королевой Франции.</p>








  • Anne de Bretagne reine de France 1836 par Luigi Rubio


Тот, с кем она уже давно была обручена, осыпал ее подарками, несмотря на то, что не был особенно богат. Среди этих подарков были и те соболя, которыми было подбито дорожное платье, и те, которые украсят свадебный наряд будущей королевы.





Tableau représentant Louis XII et Anne de Bretagne, Chantilly, musée Condé, XVIe siècle.



Анна Бретонская плачет об отсутствующем муже во время итальянских войн. Рукопись «Посланий королю» (XVI век), приобретённая фондом Куалена для библиотеки Сен-Жермен-де-Пре в Париже, ныне Санкт-ПетербургеФранцузы были столь дипломатичны, а приведенные войска столь значительны, что им удалось переменить мнение Анны. И в то время, как Маргарита плакала в Амбуазе, узнав, что ей уже не быть супругой Карла, Анна отправилась в дорогу вдоль берега Луары, в городок Ланже.






Говорят, первая встреча будущих супругов была благоприятной. Карл нашел, что юная герцогиня «очень красива, грациозна, шутки ее мягки и остроумны, а фигура хороша, как нельзя лучше». Что до нее, мы не знаем ее мыслей в точности. Молодой король не был красив, но он обладал очарованием и любезностью. И потом, Маргарита была влюблена в него. Последнего было достаточно, чтобы он приглянулся Анне.


                                               



Во вторник, 6 декабря в большом зале замка, где и теперь можно любоваться замечательной обстановкой, Анна подписывает свадебный контракт, соединивший Бретань и Францию. Контракт предусматривал, что если герцогиня умрет первой, Бретань отойдет королю Франции.

Если же первым умрет король, Анна вернет себе герцогство, но обязуется выйти за наследника французского престола. Так или иначе, в течение своей жизни она сохраняет Бретань за собой, а Бретань в свою очередь приобретает королеву, не теряя герцогини.






Восковые фигуры в замке.Инсталляция брачного договора между Анной и Карлом


Известна красота нарядов бретонских невест. Платье Анны приводит на память старинные сказки о феях: оно было из золотой ткани, а украшали его сто шестьдесят собольих шкурок. Блистало роскошью и брачное ложе, привезенное из Нанта: оно целиком было сделано «из червонного золота и красной тафты».




Говорят, что молодые супруги возлегли на нем с немалой радостью. Их оставили одних, но в соседней комнате расположился караул из шести мещан, которые должны были держать ухо востро.



























От них требовалось подтвердить, что герцогиня Анна взошла добровольно на брачное ложе, чтобы стать там королевой. Андре Кастело сообщает, что на исходе брачной ночи вышеозначенные мещане «затеяли неописуемой непристойности спор, в словах исключительно непечатных…»



выставка придворного платья




Реликварий

                         



                                





Выставка гобеленов


После этого подвига молодая чета отправилась на медовый месяц в замок Плесси-ле-Тур. Башни Ланже погрузились в тишину.




Что до замка, то в том виде, в каком его застала юная королевская чета, он существовал недавно. Его построили по приказу Людовика XI под наблюдением казначея Жана Бурре, при этом сохранив в целости огромный донжон, чья история уходит корнями во тьму предшествующих веков. Башню построил сам Фулк Нерра, Черный Сокол, ужасный граф д'Анжу, которого мы уже встречали в нескольких  моих рассказах.








Известно его увлечение тяжелыми неприступными квадратными крепостями, столь основательными, что они способны бросить вызов разрушающей силе времени. На самом деле все они были построены с одной целью — наделать хлопот графу де Блуа, давнему смертельному врагу Фулка.




После всех этих событий замок Ланже еще много раз менял владельцев.



Среди них самым забавным был Пьер де ла Бросс, фаворит короля Филиппа III Арди, чей взлет был столь же ослепителен, сколь быстрым оказалось падение.




Врач и цирюльник короля, Пьер смог найти покровителя, который обеспечил ему место камергера. К несчастью, достигнув некоторого могущества при дворе, осыпанный милостями короля — среди них был и замок Ланже, владельцем которого он был с 1270 по 1278 год — бывший цирюльник на этом не остановился, и, не удовольствовавшись достигнутым, не пожелал остаться на своем месте. Заполучив множество врагов, он вовсе не думал об их кознях, считая, что король будет его защищать всегда и ото всех.






К несчастью для него, пришел день, когда ревность к его странной власти над королем дошла до сердца королевы. Мария Брабантская была молода, красива, блистательна. Ее власть над супругом росла с каждым днем, и пришел час, когда ее тень пала на Пьера де Бросса. Тогда же он имел неосторожность впутаться в одну темную историю. Принц Людовик, старший сын короля — Мария Брабантская была его второй женой — выпив в ее комнате стакан воды, почти мгновенно скончался, и, как поговаривали, от яда. О яде заговорил первым именно Пьер де Бросс и он же осмелился обвинить королеву;





Можно себе представить смущение короля, услышавшего обвинение в смерти наследника той, кого он любил; Мария, в свою очередь, защищалась: отравил принца не кто иной, как ее обвинитель. Причем сделал это с единственной целью — возвести обвинение на жену короля, ибо ему известно, что его карьера при дворе клонится к закату.




Полное недоумение. Кто же лжет? Обвинение слишком серьезно, чтобы поверить ему на слово. В то же время камергер советует беречь от мачехи других детей короля. Когда все аргументы были исчерпаны, Мария Брабантская настояла на том, чтобы двор обратился за советом к ясновидящей Бегуине де Нивель, чьи предсказания считались тогда точными. Филипп согласился с этим, и Бегуина подтвердила, что королева невинна и что виновен Пьер де Бросс.




Жизнь свою он проиграл. Арест, приговор, и 30 июня 1278 года смерть на виселице в Монфоконе, на той виселице, которую недавно еще возвели по его же приказанию. Этим утром толпа собралась в окрестностях Монфокона: здесь были все, кто ненавидел слишком резвого камергера, и среди них герцог Бургундский, герцог Брабантский и граф д'Артуа. Так как приговоренный был выходцем из народа, нашлись и голоса, осмелившиеся шептать о его невиновности.



Так, в 1517 году Франциск I разместил здесь Максимилиана Сфорца, который незадолго перед этим потерял свои владения, проиграв битву при Мариньяне.Через несколько лет здесь поселился Жан де Диесбаш, полковник швейцарской гвардии. Потом, в 1547 году, герцог Сомма, неаполитанский дворянин, поступивший на службу к Королю-Рыцарю в 1529. Наконец в 1630 году замок перешел к женщине, МариТуше.





Мари Туше.




Давняя фаворитка Карла IX, Мария Туше, в замужестве мадам де Бальзак д'Этранг, к тому времени уже не обладала той красотой, о которой столько говорилось во дни ее молодости, ибо ей теперь было восемьдесят два года. Она ни разу не приехала в Ланже и владела им всего год.
На следующий год замок перестал быть королевским и перешел к принцессе Конти, потом к чудаковатому мужу Гортензии Манчини, герцогу Мазарини, чья набожность граничила с безумием. Их наследники владели замком до 1765 года, когда он перешел к герцогу де Люину. Пустовавший во времена Революции и Империи, замок нашел внимательного хозяина в 1833 году, в лице парижского адвоката месье Барона, который и взялся за его восстановление.
Однако всю былую роскошь замку смог вернуть только следующий его владелец. Жак Зигфрид, старинный мэр города Гавра, министр торговли и брат крупного писателя и экономиста Андре Зигфрида. Его трудами дворец был заново меблирован и вернул себе прежний блеск. Чуть позже он перешел по завещанию к Институту Франции, который поныне остается счастливым владельцем замка.



Временными владельцами были и другие люди





Луиза Лотарингская, дочь герцога де Гиза

В 1631 году замок переходил в виде заклада к разным влиятельным семьям, но они были лишь пользователями, замок оставался собственностью короля. Так, его временной хозяйкой была Луиза Лотарингская, дочь герцога де Гиза, которая вскоре уступила его маршалу, маркизу д'Эффиат, барону де Сенк-Марс и отцу фаворита Людовика XIII, который был обезглавлен в 1642 году.На следующий год замок перестал быть королевским и перешел к принцессе Конти, потом к чудаковатому мужу Гортензии Манчини, герцогу Мазарини, чья набожность граничила с безумием. Их наследники владели замком до 1765 года






                         В 1765 году потомки маркиза уступили его барону де Шамшеврье, но герцог Ле Люинь снова завладел им с помощью "феодального выкупа". В 1797 году Ланже, совершенно не пострадавший во время революционных волнений, купил богатый торговец из Тура – Шарль-Франсуа Муазан, при котором замок пришел в запустение. Новый владелец распродал участки у стен замка под частное строительство, а зал первого этажа сдал в аренду под конюшню.





Пустовавший во времена Революции и Империи, замок нашел внимательного хозяина в 1833 году, в лице парижского адвоката месье Барона, который и взялся за его восстановление.Замок, выкупленный в 1839 году парижским стряпчим Кристофом Бароном, подвергся серьезной реставрации. В некоторых случаях изменения носили фантазийный характер, как например протяжение машикулей по всему фасаду внутреннего двора и украшение кружевным узором выступов крыши.







Насмотревшись на фотографии интерьера, посмотрим на пол, выложенный самой разной плиткой и на вензель Карла Восьмого и Анны Бретонской на красной стене.В 1886 году Ланже выкупил Жак Зигфрид и посвятил реставрации 20 лет жизни (наиболее существенной является переделка интерьеров), а затем в 1904 году подарил замок Институту Франции.





Реальная опасность, что это выдающееся национальное сокровище будет куплено каким-нибудь богатым заокеанским любителем и камень за камнем вывезено в Америку, побуждает Институт выполнять ответственную миссию по сохранению этого памятника огромных размеров.








Его трудами дворец был заново меблирован и вернул себе прежний блеск. Чуть позже он перешел по завещанию к Институту Франции, который поныне остается счастливым владельцем замка.






Третий ярус – основное жилое помещение. Стены донжона имеют толщину до полутора метров. Они выложены из бутобетона, облицованы грубо тесаным камнем. По углам имелись контрфорсы. Две стены рухнули в середине XIX века, но и оставшиеся, восточные, все еще впечатляют своими размерами. Это внушительное феодальное укрепление, которое позволяло судить о воинской деятельности его владельца.





Jacques Siegfried fut propriétaire du château de Langeais de 1886 à 1904



Ланже долгое время сохранял значение замка, защищая дорогу от Тура в Бретань, этим и было определено отличие внешних и внутренних фасадов возведенного нового замка. Все стены, выходящие на внешнюю сторону замка, имеют подчеркнуто крепостной характер, внутренние же в большей степени напоминают ренессансный дворец.







  




                             
Большие окна открываются во внутренний двор, но украшение их весьма скромно. В строительстве использовался сероватого тона камень, несколько усиливающий своим цветом кажущуюся суровость облика всего сооружения.Единство стиля, которому замок обязан быстрыми темпами строительства, сохранилось на века. Занимавшие его до 1641 года временные хозяева являлись лишь пользователями и не были заинтересованы во вложении средств на обновление замка, который оставался собственностью короля. А в дальнейшем многие попытки реконструкции терпели неудачу, возможно, из-за размеров и мощности конструкции




Дело обстояло иначе с внутренней отделкой, и Жак Зигфрид, пытавшийся возродить культ прошлого и влюбленный в этот старинный замок, хотел придать его интерьерам вид, который они имели во времена его первоначальной постройки.



       

                                 



Чтобы осуществить свой замысел, он заручился помощью молодого талантливого архитектора Люсьена Руа и наиболее известных археологов, таких как Палюстр, Фульк, Шпитцер, Пейр и Боннафе.В неустанных попытках восстановить историческую точность было отдано предпочтение стилю "пламенеющей готики". Мебель и деревянные панели были частично оригинальными, частично копиями с оригинальных изделий.







Плиточная облицовка полов и стен , различная в разных залах, была выполнена по образцам XV века или по картинам той эпохи (она является наиболее существенным элементом реставрации); мебель же, за некоторым исключением, является старинной. Шкафы, лари, серванты датируются либо XV веком, либо относятся к ренессансному стилю.







Но главная роль в декоративном убранстве отводится восхитительной коллекции (возможно, лучшей в стране) гобеленов XIV и XV вв. (их более 30), которую Жак Зигфрид собирал с 1888 по 1900 гг.







Наиболее старинными являются несколько гобеленов под названием "Разноцвета" и необычайно прекрасное "Распятие". Они принадлежат фламандским мастерам.









Особо выделяются мильфлёры ("тысяча цветов") XVI века – ковры из Турени, отличающимися яркими синими и розовыми фонами, затканными многочисленными изображениями цветов и кустиков.







Другие гобелены в основном произведены в Обюссоне. Большинство из них датируются XVI веком, но выполнены еще в стиле готики: это сцены охоты, история с Навуходоносором, очень любопытные "Чудеса, сотворенные Святым Причастием". Эти произведения искусства совместно со скульптурами и картинами приобретают еще больную значимость, так как они прекрасно сочетаются с общей меблировкой залов.







Внутренняя декорировка и мебель придают замку необычайную одухотворенность и радушие, которые в сравнении с его суровым внешним обликом особенно поражают посетителя








          В одной из комнат – инсталляция из восковых фигур, воссоздающая венчание Карла VIII и Анны Бретонской. При этом фигуры представляют не только мгновенный срез события, по поразному освещаясь в течение рассказа на французском языке рассказывают и предысторию данного события и то, что случилось несколько позже. Говоря откровенно, Анна Бретонская была несчастной женщиной, а Карл VIII ... ну ладно, об умерших лучше ничего





https://www.facebook.com/


Tags: Аристократия, Замки, История, Франция, интерьер
Subscribe

promo ariananadia march 23, 2015 11:31 18
Buy for 10 tokens
Я профессиональный художник, работаю в специальной технике остекления - с помощью слой за слоем масляной живописи, перламутровый, сусальное золото, золото и серебро порошка. В моей галерее представлены работы разных жанров: портрет, пейзаж, народные, архитектура, сказочные,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments