Надежда Ариана (ariananadia) wrote,
Надежда Ариана
ariananadia

Category:

Приключения Графини ди Кастильоне. Часть 2.(1).

Приключения Графини ди Кастильоне. Часть 2.В покоях Наполеона III





Старый Париж


9 января графиня во всем блеске предстала перед парижским светом. Ее ввела в общество принцесса Матильда, которая большую часть своего детства провела во Флоренции со своим отцом, королем Жеромом Бонапартом, и хорошо знала деда Вирджинии.


Клод Дюфрен описывает ее так:

«Ее тонкая гибкая талия оттеняла шикарную грудь, которую позволял созерцать самый смелый вырез платья. Волосы цвета гагата, розовое лицо и томный взгляд делали ее одной из самых очаровательных созданий своего времени».


Один из очевидцев событий вспоминал впоследствии, что «она была похожа на маркизу былых времен».

Ее окружили, комплиментам не было конца. Внезапно объявили о приходе императора. Графиня побледнела. Тот, кто должен был решить судьбу Италии, вышел к собравшимся. Она представляла себе его высоким, величественным, грозным. На самом же деле он был небольшого роста и немного сутулый, он семенил на коротеньких ножках, и взгляд его линяло-голубых глаз скользил по лицам.




Шарль Луи Наполеон Бонапарт ( именовавшийся Луи-Наполеон Бонапарт ( позже Наполеон III 20 апреля 1808 — 9 января 1873) — первый президент Второй Французской республики с 20 декабря 1848 по 1 декабря 1852, император Второй Империи
Принцесса Матильда представила графа и графиню ди Кастильоне императору. Взгляд Наполеона III немного оживился и вонзился в декольте Вирджинии. Остальные гости молча наблюдали за этой сценой. Наполеон III явно заинтересовался молодой графиней, он подкрутил ус и произнес какую-то любезность. Дамы затаили дыхание. Что ответит императору Вирджиния?
Впервые в жизни графиня оробела, не нашлась, что сказать в ответ, и потупилась.
Император, несколько разочарованный, отошел и сказал:


— Она очень красива, но, кажется, глупа.


Дамы, которые с момента появления Вирджинии в гостиной принцессы Матильды улыбками маскировали страстное желание показать зубы, восприняли это высказывание императора с восторгом.






Через несколько дней Вирджиния взяла реванш. 26 января экс-король Жером Бонапарт устраивал бал. Она появилась на балу, опираясь на руку своего мужа, в тот момент, когда Наполеон III как раз собирался уходить. Узнав графиню, он поклонился ей и сказал:

— Вы опоздали, мадам…


Вирджиния присела в глубоком реверансе:


— Это вы, сир, уходите слишком рано…


В этой фразе не было какого-либо особо искрометного остроумия, но она была произнесена настолько игривым тоном, что свидетели этого диалога остолбенели от удивления. Что же касается Наполеона III, то он одарил благосклонным взглядом прекрасную флорентийку, столь явно желавшую пококетничать с ним.



В тот же вечер граф Баччоки, о котором Шарль де Вьель-Кастель говорил, что «он доставлял в постель императора всех особ женского пола, приглянувшихся Наполеону III», получил приказ внести Вирджинию в два списка кандидатур на высочайшее внимание — «текущий» и «резервный». Как говорится, рыбка клюнула. И вовремя.




16 января российский император Александр II, не располагая возможностями для дальнейшего противостояния, признал себя побежденным в Крымской войне, и газеты трубили о том, что перемирие будет заключено в феврале на конгрессе, который должен состояться в Париже. Парижане развешивали на окнах флаги. Готовились празднества и балы.


Граф ди Кавур собирался приехать из Турина в Париж, чтобы участвовать в работе конгресса. В письме к Вирджинии он торопил события:



«Добейтесь своего, кузина, любыми средствами добейтесь!»




Но графиня не нуждалась в его советах. У нее уже был готов план, как заставить Наполеона III учесть интересы Италии в момент подписания мирного договора. Ей необходимо было встретиться с ним. И встретиться без промедления.


Можно представить себе, как она обрадовалась, получив от Его Высочества приглашение на бал 29 января во дворец Тюильри.



По образному определению Ги Бретона, «рыбка не просто заглотила наживку, но и сильно дернула леску. Оставалось только выудить ее».

19 января в девять часов вечера главный церемониймейстер дворца объявил:


— Граф и графиня ди Кастильоне!


Все взгляды устремились на дверь. Вирджиния, в голубовато-серебристом одеянии, впервые перешагнула порог дворца Тюильри. Легкой походкой она, сопровождаемая мужем, направилась в Тронный зал.




Присев в глубоком реверансе перед Наполеоном III, она дала ему возможность обшарить похотливым взглядом ее щедрое декольте. Император, как свидетельствуют очевидцы, был до глубины души взволнован открывшимся зрелищем.
Графиня выпрямилась, на мгновение встретилась взглядом с императором и проследовала в зал, отведенный для игр. Она была уверена в себе. И ей не пришлось долго ждать.Через несколько минут император оставил трон и отправился искать молодую графиню. На следующий день Вирджиния писала в своем дневнике:



«Император говорил со мной. Все это видели и сочли нужным оказать мне внимание. Я смеялась…»

У нее были основания для веселья, все складывалось самым удачным образом для ее «миссии»
Император становился все более предупредительным по отношению к графине, о чем свидетельствуют записи в ее дневнике:


«Суббота, 2 февраля. В девять часов я отправилась на бал в Тюильри и пробыла там до двух часов. Император беседовал со мной и угощал апельсинами…




Сад Тюильри.


Вторник, 5 февраля. Была на костюмированном балу у месье Ле Она, где разговаривала с императором. Он был в маске…
Четверг, 21 февраля. Напудренная, с жемчугом и перьями в волосах, была на концерте в Тюильри. Приглашены были только дипломатические лица. Обедала с императором, разговаривала с ним…
25 февраля. Посетила концерт по случаю мирной конференции, открывшейся сегодня…»
В тот вечер Вирджиния, должно быть, имела важный разговор с императором, касавшийся политики. На следующий день граф ди Кавур, прибывший в Париж, писал своему другу Луиджи Чибрарио, который в его отсутствие исполнял в Турине должность министра иностранных дел:


«В понедельник, 25 февраля, мы выступили на арену. Считаю необходимым предупредить вас, что я подключил к делу известную своей красотой графиню XXX, которой я поручил обольстить и, если представится случай, соблазнить императора. Вчера на концерте в Тюильри она приступила к возложенной на нее миссии».



Пока Вирджиния, оставаясь в тени, хлопотала на благо своей страны, Париж ликовал по поводу открытия конгресса, на котором присутствовали представители всех ведущих европейских стран. Праздничная атмосфера чувствовалась во всех его кварталах.
Крымская война победоносно завершилась. Согласно Парижскому мирному договору России запретили иметь на Черном море военный флот и арсеналы, что ослабило ее морское могущество и усилило позиции Франции в Восточном Средиземноморье. Франция превратилась в главную державу европейского континента, и народ в очередной раз поверил, что новое соглашение гарантирует мир на ближайшую тысячу лет.




27 февраля радостное настроение еще усилилось благодаря пикантному приключению, произошедшему с Александром Дюма.
Автор «Трех мушкетеров» жил на улице Риволи с Идой Феррье, актрисой, весьма легкомысленной особой, на которой он только что женился. Она занимала квартиру на втором этаже, а он — три комнаты на пятом этаже.




В один из вечеров он отправился на бал в Тюильри. Не прошло и часа, как он вернулся, весь в грязи, прошел в квартиру своей жены и с ругательствами ворвался в спальню Иды :


— На улице отвратительная погода, я поскользнулся и упал в грязь. Я не могу идти на бал. Лучше уж я поработаю здесь, рядом с тобой.
Ида попыталась отправить его наверх, в его квартиру.



— Нет, — противился Дюма, — у тебя так тепло, а в моей комнате собачий холод. Я остаюсь здесь.
И, взяв бумагу, чернила и перо, он углубился в работу, сидя у камина.
Через полчаса дверь, ведущая в туалетную комнату, распахнулась, на пороге появился литератор Роже де Бовуар, почти совсем голый, и сказал:
— С меня хватит, я совершенно продрог!



Изумленный Дюма, вскочив, с яростной бранью набросился на любовника своей жены. Как человек, привыкший писать для театра, он обрушил на его голову гневную тираду, которой сам потом остался очень доволен.
Ида съежилась в постели. Что же касается Роже де Бовуара, который стал любовником мадам Дюма еще задолго до ее замужества, то он слушал слова писателя, дрожа от холода.Наконец Дюма, величественным жестом указав на дверь, воскликнул:


— А теперь, месье, попрошу вас уйти, мы объяснимся с вами завтра утром.На улице завывал ветер, дождь барабанил в окна.


Изменившимся тоном Дюма добавил:
— Я не могу выгнать вас на улицу в такую непогоду. Садитесь поближе к огню. Вы переночуете в этом кресле.И он снова уткнулся в свои бумаги.



В полночь он лег рядом с Идой и задул свечу. Через некоторое время огонь в камине потух, и он услышал, как у Роже де Бовуара стучат зубы от холода.— Еще не хватало, чтобы вы, месье де Бовуар, подхватили насморк!



И он бросил ему одеяло.


Но красавчик Роже продолжал дрожать и решил помешать не прогоревшие угли в камине. Тогда Дюма, заслышав его возню, проворчал:
— Послушайте, я не хочу, чтобы вы заболели. Ложитесь в постель. Завтра мы объяснимся.
Роже де Бовуар не заставил себя упрашивать, нырнул под одеяло и устроился рядом с Идой и Александром Дюма. Не прошло и двух минут, как троица спала безмятежным сном.
В восемь часов утра Александр Дюма проснулся и, улыбаясь, стал расталкивать коллегу.
— Не станем же мы ссориться из-за женщины, даже если она законная жена, — сказал он. — Это было бы глупо.
Взяв руку Роже, он опустил ее на срамное место своей супруги и торжественно провозгласил
— Роже, примиримся, как древние римляне, на публичном месте…



В эту историю, какой бы невероятной она ни выглядела, легко поверить: Александр Дюма не был ревнив. Он сам был, по словам Жорж Санд, «гением жизни» и не требовал постоянства от своих женщин. Дотошные биографы подсчитали, будто у творца «Трех мушкетеров» было около пятисот любовниц (это впечатляет, но все же чуть меньше количества созданных им произведений, которых у него набралось почти шестьсот пятьдесят).




Французский император тоже был не меньшим «гением жизни», но пока не пытался заманить красавицу Вирджинию в свою спальню. Его жена должна была вот-вот родить ему наследника, и ему пока было не до любовниц. Понимая это, графиня не теряла надежды.




Вечером 15 марта 1856 года императрица Евгения стала кричать, что у нее начались роды. Во дворце поднялась суета. Врачи, члены императорской семьи, сановники, которые должны были присутствовать при рождении дофина, забегали. Мадам Мария-Мануэла де Монтихо, приехавшая из Испании к родам дочери, отдавала приказания, которые никто не слушал, а император бегал кругами по комнате и плакал.
Роды сразу же стали напоминать грандиозный водевиль.
Прелюдией послужило то, что у одного из врачей, суетившихся вокруг Евгении, месье Жобера де Ламбаль, начались рези в животе, и он упал на ковер. Пришлось унести его в соседнюю комнату и оказать ему необходимую помощь.
Затем император, истекавший слезами, почувствовал себя плохо. Его увели в зал, где он, лежа на канапе, содрогался от рыданий.
В три часа дня Евгения криком оповестила о появлении на свет наследного принца.




Евгения де Монтихо - Императрица Франции, 1856


Доктор Конно пошел за императором.


— Сир! Это мальчик! Идите сюда!


Наполеон III, еле держась на ногах от волнения, потрусил в комнату, споткнулся о ковер и рухнул на руки Конно. К нему бросились телохранители и донесли его до кровати, на которой лежала Евгения. Очнувшись после легкого обморока, она спросила слабым голосом:


— Ну что? Девочка?


Император, стоявший на коленях рядом с постелью, промычал:


— Н-нет!


Глаза императрицы сияли.


— Значит, мальчик?


Наполеон III, окончательно растерявшись, снова замотал головой:


— Нет.


Евгения не знала что и думать.


— Но тогда кто же?


Доктор Дюбуа поспешил вмешаться:


— Ваше Высочество, родился мальчик!


Императрица перебила его:


— Нет, девочка, просто вы хотите обмануть меня!



Доктор поднял новорожденного и предъявил присутствующим «неоспоримые доказательства принадлежности младенца к мужскому полу».


Все зааплодировали.


Тогда император, вдохновившись увиденным, вскочил и ринулся в зал, где томились придворные.


— Мальчик! Родился мальчик! — кричал он. Вне себя от радости, он бросался к попадавшимся ему навстречу людям и целовал их в обе щеки.


Их напуганный вид немного отрезвил его. Он смущенно пробормотал:

— Я не смогу расцеловать каждого. Но я благодарю всех за оказанное мне внимание.


И, утирая слезы, он вернулся в комнату императрицы.

Казалось, этой сценой и завершится буффонада. Но не тут-то было.



Наполеон IV в детстве с матерью, императрицей Евгенией. Художник Винтергальтер


В четыре часа Ашилль Фульд, министр императорского двора, объявил, что закончил составление свидетельства о рождении принца. Он обернулся к первому наследному принцу Наполеону-Жозефу (сыну Жерома Бонапарта, известному, как «Плон-Плон») и поклонился ему.
Но тот был в крайне дурном расположении духа. До последнего момента он надеялся, что Евгения родит девочку. Появившийся на свет мальчик отнял у него право на наследование престола, навсегда лишил его возможности занять трон.


Надувшись, он отказался подписать составленный акт.



Ошеломленный месье Фульд настаивал, говоря, что подпись Его Светлости совершенно необходима. Но Его Светлость топал ногами и мотал головой:


— Нет!


А потом неожиданно для всех он вдруг рванул прочь из зала.


Эта нелепая сцена имела столь же экстравагантное продолжение. Ашилль Фульд, принц Мюрат, граф де Морни (единоутробный брат Наполеона III и председатель Законодательного собрания) и министр Пьер-Жюль Барош устремились за беглецом, крича:


— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство! Подпишите!



Но тот, несмотря на свою полноту, сумел оторваться от преследователей. В конце концов запыхавшаяся компания ворвалась в небольшой зал, где дремала принцесса Матильда. Проснувшись от шума, она испуганно вытаращила глаза:


— Что здесь происходит?


Месье Фульд пояснил, старательно подбирая выражения, что Его Сиятельство отказывается подписать свидетельство о рождении наследного принца. Она пожала плечами:
— Не кажется ли вам, брат мой, что от того, подпишете вы эту бумагу или нет, в сущности, ничего не изменится? Родился наследник престола. И тут уж ничего не поделаешь.


Принц Наполеон-Жозеф взял из рук месье Фульда перо и тут же посадил огромную кляксу на протянутую ему бумагу.


Месье Фульду пришлось довольствоваться этой своеобразной подписью.





А тем временем графиня ди Кастильоне ликовала, узнав о рождении наследника престола. Она считала, что теперь император будет свободен от забот, связанных с беременностью Евгении, и сможет уделять все время ей.



Самоуверенность Вирджинии отныне не знала границ.


Она появлялась во дворце в платьях со столь рискованным декольте, что однажды вечером полковник Гастон де Галлифе, разглядывая ее почти целиком обнаженную грудь, сказал:
— Ну, эти бунтовщицы порвут любую узду. Но берегитесь, графиня, пройдет совсем немного времени, и многим мужчинам покажется тесной их одежда!
В ответ на эту игривую реплику графиня улыбнулась. Она снисходительно относилась к самым фривольным шуткам. Например, известен такой случай. Как-то вечером у мадам де Пурталес итальянский агент во Франции Вимеркати протянул ей бонбоньерку, полную конфет, со словами:


— Графиня, нравится ли вам сосать?



— Сосать что? — залилась смехом Вирджиния.


Свидетели этой сцены, давно привыкшие к придворным двусмысленностям, были, тем не менее, сильно сконфужены.




Ноги графини ди Кастильоне, фотография Пьерсона.


Как-то утром Вирджиния проснулась в дурном настроении. Отбросив простыни из черного шелка, она встала, сняла ночную рубашку и, обнаженная, подошла к большому зеркалу. Она с любовью разглядывала свое тело, к которому мечтали прикоснуться все мужчины, бывавшие при дворе. Все было безупречно. На календаре было 9 мая. Ровно четыре месяца назад она впервые увидела императора, но его вожделение по-прежнему выражалось лишь особым блеском в глазах, а также тем, что он крутил ус и то и дело заливался краской. Ни разу он не пытался заманить ее в спальню. Более того: по отношению к ней он ни разу не позволил себе ни одного конкретного красноречивого жеста, который любая женщина приняла бы за большую честь…
Вирджиния, наслышанная о женолюбии Наполеона III, чувствовала себя задетой.Что нужно было предпринять, чтобы преодолеть удивительную сдержанность императора? Вирджиния избрала самый простой путь — показать, что она наделена не только прекрасным лицом, но что все ее тело — лакомый кусочек, достойный внимания императора.
Не привыкшая к полумерам, графиня решила отправиться в Тюильри в платье, которое не стало бы скрывать все достоинства ее тела.
Это была довольно рискованная затея. Но она полностью удалась. Предоставим слово графу де Морни, ошеломленному свидетелю появления более чем легкомысленно одетой Вирджинии во дворце:



Костюмированный бал во дворце Тюильри

Жан Батист Карпо



«Никогда не забуду тот костюмированный бал в Тюильри, на который графиня явилась полуобнаженной, как античная богиня. Это произвело фурор. Ее костюм изображал римлянку периода упадка империи: распущенные волосы густой пенной волной покрывали роскошные плечи, платье с длинным разрезом сбоку позволяло видеть ножку, обтянутую шелковым трико, и совершенный изгиб ступни, на ней были легкие сандалии, пальцы ног унизывали кольца. Граф Валевский шел впереди и раздвигал толпу. Графиня шла под руку с графом де Фламаренс, несмотря на свой возраст, сохранившим импозантность. Было около двух часов ночи, и императрица уже покинула бал. Поднялся неописуемый переполох. Графиню окружили, все старались протолкнуться поближе, чтобы получше рассмотреть ее костюм. Дамы, забыв об этикете, влезали на диванчики, чтобы увидеть все детали туалета, что же касается мужчин, то они стояли, словно загипнотизированные».
Если дамы забирались на диванчики, а мужчины находились на грани апоплексического удара, можно предположить, что император тоже не остался безучастным зрителем. Подняв лорнет к прищуренным глазам, он разглядывал все то, что раньше Вирджиния скрывала. Решение было принято.
На следующий день, верный своей врожденной склонности к водевильным ситуациям, он попросил императрицу пригласить графиню на пикник.
Лакей в императорской ливрее доставил Вирджинии следующее письмо:


«Мадам, по поручению императрицы сообщаю вам, что вы приглашены вечером в пятницу. Следует быть в закрытом платье и в шляпе, так как предполагается прогулка по парку и к озеру. Буду рада увидеться с вами, мадам. Искренне ваша Эмилия де лас Марисмас».



Вирджиния поняла, что дело сдвинулось с мертвой точки.




Вечером в пятницу она прибыла в назначенное место в платье из розового прозрачного муслина и в шляпке, окаймленной белыми перьями марабу.
«Такой наряд, — писала графиня Стефания Таше де ля Пажери, — требовал большой стойкости, чтобы побороть искушение, но целомудрие было отнюдь не то качество, которым могли похвастаться участники подобных сборищ!»
Наполеон III был покорен! Он бросился навстречу Вирджинии и, как только праздник начался, увлек ее к озеру, где ждали лодки, украшенные бумажными фонариками. Одна из них была ярко раскрашена.


— Это моя лодка, — сказал император. — Хотите, доплывем до острова?


Вирджиния заняла место в лодке, а император сел на весла.

Они отплыли.




Их увидели вновь среди гуляющих через два часа. Наполеон III был несколько растрепан, а платье Вирджинии выглядело помятым.
Приглашенные посмеивались, а граф де Вьель-Кастель на следующий день записал в своем дневнике:


«Во время пикника графиня ди Кастильоне заблудилась на острове, расположенном на середине озера, в компании императора. Она вернулась оттуда с попорченной прической, и императрица была заметно раздосадована».


Бедная Евгения. Она предусмотрительно попросила всех дам приехать в закрытых платьях. Но она не подумала о том, как опасны прогулки на лодке.
На следующий день весь Париж знал, что император в походном порядке стал любовником итальянской графини.
Графиня любила слушать непристойные истории о себе, да и сама была остра на язык, но к своей связи с французским императором она отнеслась весьма серьезно. Она помнила, что ей поручено очень важное задание, и не позволяла себе заигрываться. Апеннинский полуостров возникал перед ее внутренним взором всякий раз, когда император просил ее о той или иной любезности, принятой между любовниками.
Она пользовалась малейшей возможностью, чтобы начать разговор о своей стране, описывала все беды, возникающие из-за ее раздробленности, плакала и наблюдала за реакцией Наполеона III.


Вечером она отправляла в Турин зашифрованный отчет.
Ален Деко сообщает, что «ей удалось оживить в императоре симпатию к Италии, обо всех переменах в его настроении она регулярно сообщала Кавуру».
Она выступала в качестве тайного агента вплоть до июля 1856 года.




Затем Наполеон III покинул Сен-Клу и отправился на воды.



 Жан Беро.Старый Париж



Вирджиния осталась в Париже и заскучала. Но она не была оставлена вниманием, как это ей казалось. Министр внутренних дел заподозрил что-то нечистое и отдал приказание следить за темпераментной графиней. Все ее разговоры записывались, шпионы следовали за ней по пятам. Ее письма вскрывались, но и эта мера ни к чему не привела, графиня была осторожна и хитра. Одной улыбкой она купила главного почтмейстера, и ее корреспонденция прибывала с дипломатической почтой Сардинии. Для большей безопасности она соблазнила графа де Пулиджа, секретаря дипломатической миссии Сардинии.


Этот славный человек, безумно влюбленный в графиню, писал ей:


«Я ушел от вас с такой тяжестью на сердце, что слезы непроизвольно текли по моему лицу… Когда я не вижу вас, все во мне кровоточит».




Конечно же, этот несчастный, готовый молиться на свою богиню, никак не мог выдать полиции письма, которые Вирджиния получала из Пьемонта.
В течение всего лета, несмотря на неусыпный надзор, графиня переписывалась с графом ди Кавуром под носом у бдительного министра.

Tags: История, Особы, Франция
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo ariananadia march 23, 2015 11:31 18
Buy for 10 tokens
Я профессиональный художник, работаю в специальной технике остекления - с помощью слой за слоем масляной живописи, перламутровый, сусальное золото, золото и серебро порошка. В моей галерее представлены работы разных жанров: портрет, пейзаж, народные, архитектура, сказочные,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments